Форум torpedom.ruРезультаты поискаПо вашему запросу "Геннадий Вахромеев" найдено: 8
А кто будет судить встречу? Завтра игра, а имя на сайте не обнародовано.
#234993
В ожидании первого матча на стадионе имени Э. А. Стрельцова.
Для меня предвкушение праздника зачастую выше самого события. Первый удар по настроению нанес отказ проводить открытие 23 октября. Второй – отставка Сторожука, несмотря на то, что спасителем «Торпедо» его не считал. Третий – вчерашнее назначение. Еду 7-го на матч из СПб. В Москве присоединятся сын и внук. Но куража нет, даже если втопчем в газон несчастный «Нефтехимик». Вся надежда на ауру Восточки. Невидимое присутствие на стадионе Иванова, Воронина, Стрельцова, Шустикова и еже с ними, согревает. «Торпедо» – быть! Остальное проходящее.
#234976
В ожидании первого матча на стадионе имени Э. А. Стрельцова.
Последние тридцать лет живу в СПб. Визит «Торпедо» в гости к «Ленинградцу» пропустить не мог: хотелось подышать воздухом Восточки. При содействии торпедовцев Андрея (фамилию не знаю) и Василия Петракова приобрел билет на гостевую трибуну. Рощино-арена. Пасмурно. Температура +5 °C. Из-за того что сиденья мокрые, весь матч пришлось стоять, но это нисколько не повлияло на настроение, а тем более на результат. Если на форуме, как показалось, доминируют ветераны, болельщики со стажем, то московский десант в Рощино — сплошь молодые, от силы среднего возраста люди, что замечательно. Времена Валентина Иванова, Эдуарда Стрельцова, Валерия Воронина и им подобных прошли. А современные игроки — не в обиду им будет сказано — становятся торпедовцами на год, на два, от силы на пять. Ничего плохого в том нет: футбол сегодня — это бизнес. А болельщик «Торпедо», если отдает сердце команде, становится торпедовцем навсегда! Именно болельщики, на мой взгляд, кто наиболее достойны носить звание — торпедовец. Порадовало, что помимо москвичей на гостевой трибуне присутствовали жители города и области, как, например, сосед по сектору, торпедовец с 1965 года Василий Пугачев или молодой отец с сынишкой в черной шапочке и с черно-белым шарфом. Пока семья торпедовцев прирастает такими членами, «Торпедо» быть!
#234771
В ожидании первого матча на стадионе имени Э.А. Стрельцова.
Два зимних сезона в «высшей лиге» санатория в Вороново. Разъяснение. Виктор Шишкин стал чемпионом СССР в составе минского «Динамо» в 1982 году. Юрия Семина назначили главным тренером «Локомотива» в 1986 году. Андрей Чесноков впервые стал чемпионом СССР в 1985 году. Валерий Шавейка играл в «Торпедо» в 1981-1987 годах. Константин Бесков ушел из «Спартака» в 1988 году, тогда же на его место был назначен Олег Романцев. Два сезона в «высшей лиги» санатория в Вороново пришлись на декабрь 1987 и 1988 годов. Благодарю каждого, кто оставил комментарий. Спасибо.
#234730
В ожидании первого матча на стадионе имени Э.А. Стрельцова.
Два зимних сезона в «высшей лиге» санатория в Вороново. В начале 70-х в селе Вороново под Москвой возвели многофункциональный санаторный корпус. Ничего подобного прежде в стране не строили. Сюда устремились не только сотрудники Госплана СССР, в чьем ведении он находился, но и спортсмены. Их привлекала инфраструктура: бассейн, крытый теннисный корт, волейбольная и баскетбольная площадки, тренажерный зал. Попал туда по блату. В первый же день по прибытии заметил на заснеженной площадке, огороженной сеткой, двух мужчин, пинающих мяч. Предложил свои услуги и, не встретив отказа, присоединился. Один из них оказался Виктор Шишкин — чемпион СССР в составе минского «Динамо», второй — Юрий Семин, только принявший «Локомотив». Вскоре подошло еще несколько человек. Поделились и начали играть. Состав у Юрия Павловича оказался слабее, чем наш, с Шишкиным во главе. Семин злился. Стоило завладеть мячом и укрыть его корпусом, как он начинал прихватывать за руки, толкать в спину, бить коленями по ногам. Через пару дней к нему пришло подкрепление в лице игроков «Спартака»: Федора Черенкова и Андрея Рудакова. Мы тоже усилились, и кем! Виктором Шустиковым и Валерием Шавейко, игравшим в «Торпедо» на позиции защитника. Место в воротах занял Андрей Чесноков — чемпион СССР по теннису. Заруба шла не по-детски. До десяти голов играли на «первенство санатория», потом, передохнув, до пяти — на «кубок». В случае ничьей могли разыграть «суперкубок». Играть в паре с Шустиковым — одно удовольствие: на вид неторопливый, он никогда не запаздывал; экономный в движениях и расчетливый, всегда удачно выбирал позицию, подчищал мои огрехи. А противоборствуя нападающим «Спартака» их было немало. Оценку Эдуарда Стрельцова: «Черенок — это игрок», Федор подтверждал неоднократно. Из десяти взятых наудачу противостояний с ним 1–2 раза мяч удавалось отобрать, столько же он отступал, отдавал партнеру, в остальных случаях проходил, обостряя игру. Когда же атака шла на Шустикова, то он обыгрывать себя не позволял. Соперникам ничего не оставалось, как пасовать поперек. Здесь мне только стоило изловчиться и перехватить: Шишкин и Шавейко этого ждали. Вскоре Семин и Шишкин уехали. Мы приняли парня из «Факела», спартаковцы усилились щуплым старичком в растянутых тренировочных брюках. Серьезно его не воспринял. Когда у своих ворот он оказался против меня с мячом, казалось, справлюсь с ним легко. Но стоило мне попытаться выбить у него из-под ног мяч, как он ловко убрал его под себя, пробросил мимо меня и засеменил к нашим воротам. Черенков и Рудаков рванули туда же. Шустиков пятился назад, Андрей Чесноков прикрыл ближайший угол. Как лось, кинулся догонять. В тот момент, когда старичок притормозил и поднял голову, высматривая, кому отдать, я распластался в подкате. Сыграл в мяч, но удержаться на утоптанном снегу даже не пытался. Старичок подлетел на метр и шлепнулся на наст, но тут же вскочил и продолжил борьбу. В паузе Шустиков пожурил: «Поаккуратнее надо. Играем не за медали — для удовольствия». Вечером в атриуме Андрей Рудаков открыл мне глаза: старичка звали Федор Сергеевич Новиков, в 50-е годы — нападающий куйбышевских «Крыльев Советов», а на тот момент помощник Константина Бескова в «Спартаке». Дня три Федор Сергеевич ходил по санаторию и, не стесняясь, оттягивал резинку тренировочных брюк, демонстрируя желающим синяк размером с ладонь. Бассейн являлся одним из тех мест, где встречались после игры. У Шустикова резиновой шапочки не было, и он плавал с полиэтиленовым пакетом на голове. Шавейко над ним подшучивал, но Виктор Михайлович не обращал внимания, невозмутимо перебирая в воде руками. Другим местом сбора был атриум. Здесь обсуждали проблемы советского футбола, судьбы отдельных игроков. Комментарии Шустикова, реплики Черенкова и Семина (пока не уехал) создавали ни с чем не сравнимое чувство причастности к сообществу знаменитых игроков. На следующий год из нашей команды в Вороново приехал только я и Андрей Чесноков, а спартаковцы — чуть ли не всей командой, видимо, брать реванш. Вечером у них состоялась тренировка, по окончании — двусторонняя игра. Составы оказались неравными. Оказавшиеся в меньшинстве возмутились. Тогда Олег Романцев, сменивший на посту главного тренера Константина Бескова, посмотрел на зевак, окруживших площадку, и обратился ко мне: «Хочешь сыграть с ребятами?» Днем он наблюдал за нашей беготней и, наверно, отметил среди остальных. «Где предпочитаешь?» «Сзади справа». «Справа занято, попробуй слева». Играть пришлось на его стороне. «Спускайся… — подсказывал он. — Еще... Ниже... Встречай». Если год назад наше единоборство с Черенковым походило на своеобразный «сюрпляс»: стояли друг против друга, он делал ложные движения в одну сторону, в другую, пробовал раскачать, провоцировал на ошибку, то на этот раз все было иначе. Александр Мостовой и Сергей Родионов предпочитали скорость и пас, отличиться особо не удалось. Как не удалось на корте выиграть у Андрея Чеснокова. Он давал фору 5:0 по геймам и в каждом гейме 40 очков. Достаточно было выиграть один мяч, чтобы победить чемпиона, но все заканчивалось со счетом 5:7 в его пользу. Главное, что вынес за два сезона в «высшей лиге» санатория «Вороново», — это то, что враждуют фанаты, а футболисты, да и вообще спортсмены, — единая семья. Много лет спустя, катаясь со старшим братом по МКАД, вспомнили пионерский лагерь завода «ЗИЛ» в Мячково. Мне довелось побывать там единожды, а брат отдыхал многократно. В Мячково же находилась и тренировочная база «Торпедо». Советский Союз к тому времени развалился, и зрелище заброшенной детской здравницы произвело тягостное впечатление. Когда пересекали пространство, где прежде была линейка, заросшее теперь травой, заметили двух мужчин, двигавшихся параллельным курсом навстречу. «Наверное, охранники», — решили мы. Когда немного сблизились, один из них показался знакомым. «Шустиков», — мелькнуло в голове. От неожиданности растерялся. Навязываться я не привык, а напоминать о зимних баталиях в «Воронове» показалось неуместным — вдруг не вспомнит? Когда же мы расходились, краем глаза заметил, что Виктор Михайлович чуть приотстал от товарища и даже сделал шаг в нашу сторону. Я же смалодушничал. Момент был упущен. Мне стыдно за себя до сих пор.
#234729
В ожидании первого матча на стадионе имени Э.А. Стрельцова.
Как стал торпедовцем. Последние годы на «ЗИЛе» отец работал в спеццехе: испытывал и обкатывал бронетранспортеры для армии. До этого, по рассказам братьев, одно время возил игроков «Торпедо» с тренировочной базы в Мячково в Москву и обратно. Там же, в Мячково, находился пионерский лагерь автогиганта. Попал туда семилетним огольцом летом 1959-го, ходил с отрядом смотреть на мастеров. Затем был голос Вадима Синявского из репродуктора, темные и светлые точки на крошечном экране телевизора «КВН». С 1964 года стал с другом посещать стадион. Домашней ареной были Лужники. Детский входной билет на Южную трибуну стоил 10 копеек. Здесь долго не засиживались: втихую перелезали через ограждение и оказывались на Восточной трибуне. Кресел со спинками в помине не было, а на деревянных скамьях, рядами опоясывающих поле, местечко всегда находилось. Присутствовали на игре со «Спартаком», когда провожали Валентина Иванова. Отыграв минуту, судья дал свисток, после чего Валерий Воронин посадил бессменного капитана себе на плечи и в окружении игроков, под овации зрителей, вынес с поля. Валерий Воронин… – полузабытая звезда не только «Торпедо», но и всего советского футбола. Достаточно сказать, что он единственный из всех отечественных футболистов, кто дважды – вы только вдумайтесь: дважды – по итогам мировых первенств попадал в символическую сборную мира. Первый раз в 1962 году в Чили, второй – в 1966 в Англии. Помимо него, этой чести из соотечественников удостаивались только Юрий Воинов и Лев Яшин. На этом фоне становится понятна реакция Павла Садырина – молодого тогда тренера, приглашенного в Ленинград. «Находился в гостиничном номере Михаила Посуэло (прежде игрока «Торпедо», выступавшего на тот момент за «Зенит»), – вспоминал Павел Федорович. – Слышу стук в дверь, иду открывать. Распахиваю, а на пороге – Ворона!» Все. Никаких больше слов. Будущий золотой тренер ЦСКА и «Зенита» в ступоре. Одно дело быть кумиром у болельщиков, совсем другое у профессионалов. Воронин был таким. О неподобающем образе его жизни после завершения карьеры мне поведал Константин Иванович Бесков. Уходя с траурного мероприятия, он предложил подбросить меня до работы. Обсудив успехи «Спартака», переключились на «Торпедо». Рассказ о моральном падении игрока потряс. Финальный свисток для Валерия Воронина прозвучал в мае 1984 года на обочине Варшавского шоссе. Пресса о случившемся не сообщила. Чтобы не завершать на грустной ноте, добавлю пару слов об Анатолии Архипове, которого упомянул в предыдущем обзоре. Практически сразу после «Торпедо» он перешел на тренерскую работу, одно время вместе с Валерием Лобановским тренировал «Днепр». На момент нашего заочного знакомства работал в структуре «Локомотива». Одной фотографией юного Стрельцова дело не обошлось. Вторая половина 80-х – эпоха тотального дефицита. Анатолий Семенович помогал в приобретении спортивной экипировки, ракеток для тенниса, мячей. Вершиной его доверия стала карточка с моей фотографией, именем, и надписью, что являюсь тренером детско-юношеской школы «Локомотива». По ней пускали в VIP-сектор. Лужники уже не были домашней ареной, а на Восточке не пропустил ни одного матча. Располагался сектор над раздевалками: Валентин Иванов, тренеры гостей, запасные игроки – все в непосредственной близости, слышны их голоса, советы, выкрики. А соседи по сектору – сплошь узнаваемые лица. Помимо футбола, Анатолий Архипов играл в хоккей. Если в «Торпедо» он выступал на позиции защитника, то в хоккее – крайнего нападающего. Одно время тройка Всеволод Бобров – Виктор Шувалов – Анатолий Архипов наводила ужас на соперников. В составе команды «ВВС МВО», созданной Василием Сталиным, куда его пригласил Анатолий Тарасов, он дважды становился чемпионом СССР. Светлая память Анатолию Семеновичу и благодарность его дочери Людмиле, способствовавшей нашему, пусть и заочному, знакомству. И последнее: Признателен каждому, кто оставил отзыв под моим постом от 22.09.26. Спасибо.
#234701
В ожидании первого матча на стадионе имени Э. А. Стрельцова.
Конец 60-х, «Торпедо» играло в Черкизово. Фанатских секторов не существовало, сидели вперемежку. Чуть ниже нас, через проход, заметили Эдуарда Стрельцова, Валентина Иванова и Бориса Батанова — в недавнем прошлом нападающего команды. После свистка на перерыв Иванов и Стрельцов поднялись и заспешили вниз, наверно, в раздевалку, а Батанов остался. Мальчишки – болельщики «Локомотива» – подходили к нему и со словами «Товарищ Стрельцов, подпишите» протягивали программки. Ошибиться было несложно: оба плотные, круглолицые, почти лысые, да и крупные планы в черно-белых телевизорах — редкость. Что он писал — бог весть, мы же с товарищем покатывались со смеху. Минут через пять после возобновления матча Иванов со Стрельцовым показались на лестнице. Мы поспешили навстречу. Иванов увернулся — не зря прозвали «балериной», а Стрельцов застопорился. «Шли бы вы, ребята… — по-доброму послал нас, отстраняя в сторону, — дайте футбол посмотреть». Никакая закорючка на бумажке не произвела бы у пацанов во дворе такого фурора, как деликатная подробность нашего общения с легендой отечественного футбола. Нам завидовали. И еще: в конце 80-х у меня работала женщина — Людмила Архипова. Узнав, что я поклонник «Торпедо», она принесла фотографию: вихрастый паренек в белой футболке завязывал бутсы, улыбаясь в объектив камеры. Оказалось, ее отец — Анатолий Архипов, защитник «Торпедо» в 50-е годы, — два сезона играл со Стрельцовым. Никогда не видел талантливого паренька из Перово таким юным и жизнерадостным. И последнее: после 1965 года, когда Стрельцову разрешили вернуться в футбол, многие болельщики (не только торпедовские), восхищаясь его игрой, называли его «вторым Пеле». Нас же с товарищем сравнение возмущало. «Ни случись того, о чем не хочется вспоминать, — горячились мы, — это Пеле называли бы вторым Стрельцовым».
#234653
Вчера зарегистрировался на форуме, сегодня написал сообщение, но бот его отверг, написав, что мой статус "гостя" не позволяет делать подобное. Вернулся к регистрационному письму от форума. Там четко написано, что мой стас "участник". Как быть?
#234522
|

